Фэй-Лонг
Первое письмо.


Это первое письмо. И оно не кусается. Ну разве что очень его попросить. Письмо на самом деле комплексует по поводу того, что оно первое. Ведь оно, в отличии от других, ни на что не отвечает. Ему кажется бесцельным всё его существование, но мы то с вами знаем, что всё совсем наоборот.
И вот письмо ждет, пока его напишут. Ему немного щекотно, оно сжалось в нескольких местах... От стресса. Думает: "Я не хочу быть отправленным в никуда. В неизвестность. Каково оно там? Наверняка хуже. Ведь мне было так хорошо и спокойно быть чистым листом. Таким как все."
И вдруг что-то резко изменилось. Чья-то рука прервала, как это в начале казалось, пытку. Облегчения не наступило. Скорее наоборот - потеря.
"Неужели это было чем-то хорошим?" - думает письмо - "Но если это и так, то всё. Больше мне этого не испытать."
Ожидание было мучительным. Письмо не знает понятия "время". Это не сильно волновало чистые листы, и потому весь процесс ожидания превратился в субъективную вечность.
И вот что-то начало происходить. Невероятное облегчение. И смущение. Письму предстояло соприкоснуться с конвертом. А ведь он - бумага совсем другого назначения. И обычно, насколько это было известно письму, он бывает в жизни один. Один единственный.
"Каким он будет?" - Мелькали тревожные мысли. - "Что если он будет тесен или наоборот, слишком большим? Какого вообще будет в конверте?"
Письму повезло конверт не оказался пестрым и дырявым. Это белый с черными надписями и дорогими марками конверт чуть больше самого письма, которое, как это и положено, мягко согнули пополам.
Шорох, соприкосновение бумаги необычная теснота, тепло, нехватка воздуха. Все это как-бы говорит: "Не думай не о чем. Теперь у тебя есть защита от внешнего мира." Теперь письму кажется что именно это ощущение делает его настоящим письмом. Ожидание вечного покоя и уюта - то к чему теперь сводятся все ощущения исписанной бумаги.
Однако мир суров к тем, кто надеется на его неизменность. И вот конверт открывается, а письмо отдаляется от него на невероятной скорости. Нерушимая, казалось бы, связь обрывается в одно мгновение. Безапелляционно. Бесцельно.
Кто-то держит письмо.Вертит-крутит. Тыкает пальцем в текст. Роняет слёзы. Сминает. Распрямляет. Хлопает в чувствах ладонью. Выбивает весь дух. Убирает в конверт, как есть: смятое, битое, сырое.
Тишина. Конверт вроде бы и не реагирует. Просто сжимает письмо своими стенками, забирает часть влаги, возвращает стабильность.
Когда-нибудь их выкинут. Письмо, конверт или их обоих. Может быть скоро, может быть через вечность. Это не важно. Уже было что-то достойное их обоих. Что-то что никогда их не покинет.